Операторы рынка теплоизоляционных материалов

четверг, 6 декабря 2012 г.

Вкладывать деньги в энергоэффективность Украины выгодно. Если…

Тема климата в Украине воспринимается иждивенчески. Где-то в мире от его изменений страдают, а мы со своей постсоветской индустриальной экономикой получаем средства на энергоэффективность в рамках различных международных договоренностей, включая Киотский протокол.

В этом году первый этап Киотского протокола завершается, а на следующий период прогнозы неутешительные — особых инвестиций не предвидится, поскольку потенциальный покупатель украинских квот отсутствует: большинство стран с выбросами парниковых газов, превышающими обязательства, во втором периоде участвовать не собираются.

Тем не менее, сохраняя одно из лидирующих мест по энергоемкости своей экономики, Украина может представлять интерес для европейского инвестора, который намерен вкладывать средства в «зеленые» технологии. Эту тему обсуждали в Киеве накануне климатического саммита (двухнедельные переговоры начались в понедельник, 26 ноября, в Дохе, Катар) представители Европейского банка реконструкции и развития с чиновниками Государственного агентства экологических инвестиций Украины.

Три сценария для Украины

Анализируя нашу энергетическую и климатическую политику в области сокращения выбросов парниковых газов (в основном, надо заметить, декларации украинских политиков), ЕБРР презентовал кривую привлекательности секторов экономики и отдельных пакетов технологий, которую по его заказу смоделировала лондонская консалтинговая компания NERA. Анализ сделан с точки зрения частного инвестора, заинтересованного в рассмотрении возможностей для прибыльных инвестиций, которые в первую очередь направлены на сокращение выбросов.

Вместе с тем адресатом исследования является и украинская власть — кривые привлекательности инвестиций сопровождались целым рядом красных флажков и реперных точек именно для украинской власти.

Так, в рамках исследования были даны оценки инвестпривлекательности «зеленой» экономики при трех различных сценариях реализации Украиной политики энергоэффективности и сокращения выбросов парниковых газов.

Первый сценарий — «статус кво», когда страна ничего не делает (для сокращения выбросов СО2 и для энергосбережения), а базовые для 2010 года цены на энергоресурсы растут в соответствии с рыночными трендами.

Второй сценарий — «запланированной политики»: экономика развивается с учетом публично озвученных или принятых нормативно целей и мероприятий.

И, наконец, третий сценарий — «дополнительной политики»: если Украина адаптирует цели и средства развития экономики с точки зрения устойчивого развития к внутренней политике Евросоюза.

Как отметили в кулуарах мероприятия приглашенные отраслевые эксперты-климатологи и энергетики, самым реалистичным сценарием на сегодняшний день представляется первый — «статус кво». Он предполагает, что наиболее значительные сокращения выбросов при его реализации происходят в промышленных отраслях, в частности, в металлургическом секторе. Металлургия является одним из крупнейших источников выбросов парниковых газов, однако здесь есть широкие возможности для модернизации производства с точки зрения энергоемкости. В электроэнергетическом секторе нынешний режим заниженных тарифов на отпуск электроэнергии в сеть для традиционной генерации и льготный тариф для возобновляемых источников энергии стимулирует привлечение инвестиций в использование последних. Особый акцент при этом сделан на фотовольтаику (солнечную энергетику) и ветроэнергетику. У первой — самый высокий в Европе тариф, а для развития второй есть европейские компании, которые у себя дома вынужденно урезают экстенсивные планы развития в связи с сокращением «зеленых» льгот в Европе. В других секторах экономики выгодные возможности для сокращения выбросов при реализации первого сценария ограничены.

Несколько оптимистичнее, но более непонятно выглядит сценарий «запланированной политики», поскольку за кадром осталось, на каких именно обещаниях украинских политиков и чиновников он базируется. Как известно, видение будущей доли альтернативной энергетики на рынке не совпадает даже у двух профильных ведомств — Минэнергоугольпрома и Госагентства по энергоэффективности и энергосбережению.

Тем не менее эксперты сделали вывод, что при реализации этого варианта привлекательными для инвестиций в сокращение выбросов парниковых газов являются электроэнергетический сектор и ЖКХ. В первом случае наименее рискованно вкладывать в завершение строительства атомных энергоблоков Хмельницкой АЭС (2 ГВт) и в строительство новых ВЭС (7 ГВт).

Инвестировать же в модернизацию сектора централизованного теплоснабжения западные специалисты советуют в случае повышения тарифов на тепловую энергию и обеспечения соблюдения строительных стандартов. Существенные сокращения выбросов возможны и в секторах транспортировки газа, добычи угля, обращения с отходами, а также в промышленности.

Что касается внедрения новых технологий, то, по оценке авторов исследования, в теплоснабжении и строительстве выбросы могут быть снижены на 70% путем использования более экологически чистой топливной смеси при производстве тепла, а также при реализации мероприятий по повышению энергоэффективности инфраструктуры теплоснабжения.

Наиболее перспективным с точки зрения ЕБРР и наименее реалистичным, по мнению отечественных наблюдателей, является сценарий «дополнительная политика». Именно он может сформировать в реальном секторе спрос на инвестиции в низкоуглеродистые технологии, которые впоследствии сделают конкурентоспособной украинскую экономику. Необходимые политические меры включают: регуляторную реформу в сфере тепло- и электроснабжения, а также транспортировки и распределения газа; поддержку ядерной энергетики и сохранение «зеленых» тарифов на электроэнергию из возобновляемых источников; наличие углеродного налога для улучшения финансовой привлекательности низкоуглеродистых альтернатив; льготные кредиты для мероприятий по повышению энергоэффективности и др.

Условия, обеспечивающие надежность возврата инвестиций и получения дохода, также предполагают стабильную политическую и регуляторную среду. В этом случае становятся рентабельными инвестиции не только в достройку ХАЭС, но и в строительство новых атомных мощностей (1,5 ГВт). А также в общее сжигание различных видов топлива (2,6 ГВт), фотовольтаику (6,5 ГВт) и ветровые электростанции (4,2 ГВт). За счет внутренних и внешних вливаний улучшается энергоэффективность зданий и сетей теплоснабжения, сокращаются выбросы промышленности, угольной отрасли, транспортировки и распределения газа, а также сектора сбора и переработки отходов.

Как отметил в своем докладе представитель ЕБРР Гжегож Пешко, в случае реализации сценария согласованной с ЕС политики инвестиции для сокращения выбросов СО2 будут куда более значительными. Но и их будет недостаточно — Украине целесообразно подключаться к Европейской системе торговли квотами на выбросы. Согласно озвученному представителем ЕБРР прогнозу, после 2020 года стоимость квот может существенно вырасти — до 20 евро за тонну СО2-экв (в 2010 году эта цифра составляла около 10 евро, сейчас колеблется в районе 2 евро). Поскольку в Украине реализация «зеленых» мероприятий обходится дешевле, чем в Европе, мы за малые средства сможем больше сократить выбросы, а значит, продать больше квот на выбросы в европейской торговой системе.

Что даст Украине ориентация политики на сокращение выбросов парниковых газов? Эксперты ЕБРР ответили на этот вопрос, напомнив, что Евросоюз в ближайшем будущем будет ограничивать доступ на свой рынок товаров, при производстве которых выбросы парниковых газов превышают внутренний норматив ЕС. А это лучший барьер, обойти который нашей экспортно-ориентированной и энергоемкой экономике вряд ли удастся.

«Без конкретных данных невозможно планировать работу на будущее»

В связи с вышеизложенным ZN.UA обратилось за комментарием к первому заместителю главы Госагентства экологических инвестиций Украины Ивану ВАРГЕ.

— Исследование ориентировано, в первую очередь, на западного инвестора. Оно интересно в Украине?

— Украина взяла обязательство к 2020 году сократить выбросы парниковых газов на 20% относительно уровня 1990 года и к 2050 году — на 50%.

Но дело в том, что у нас нет стратегических показателей развития экономики. Речь идет именно о развитии экономики и технологий. Поэтому ЕБРР за свои средства заказал и выполнил для Украины очень нужную работу.

— Госагентство экоинвестиций заинтересовано в продолжении этой исследовательской работы?

— Безусловно. Во-первых, это планы по использованию определенной модели с учетом обновленных данных, поскольку в исследовании была использована информация по состоянию на 2008 год.

Во-вторых, это исследование может послужить для Украины серьезным аргументом в ходе международных переговоров. Ранее мы не могли аргументированно обосновывать свою позицию, ссылаясь на такого рода исследования.

В-третьих, и, наверное, это самое важное: в ходе дискуссии мы, что называется, задели за живое отечественные научно-исследовательские институты.

Недавняя встреча представителей нашего агентства и академиков НАНУ была лишь ознакомительной. Договорились встретиться через пару недель, но встреча так и не состоялась. Такое впечатление, что НАНУ оторвана от реальной жизни…

При этом у нас получился хороший разговор с деканами двух (геологического и географического) факультетов Киевского университета. Они готовы подключить к работе своих докторов наук и аспирантов. Это важно, поскольку в 2013-м Украина должна предоставить отчет по шестой статье Рамочной конвенции ООН по изменению климата: образование, информирование, участие общественности в вопросах изменения климата и выбросов CO2. Думаю, общими усилиями мы поднимем уровень образования и образованности в этой сфере.

Кроме того, на просьбу Госагентства экоинвестиций откликнулись многие научно-технические институты страны. Оказалось, что они проводили и проводят исследования, в т.ч. по выбросам СО2, и тоже ищут способы их сокращения. Кроме того, они ведут работы по теме изменения климата.

Также нацагентство занялось (вынужденно) приведением статистических данных к понимаемым в Европе и мире стандартам. И тут обнаружилась пропасть. Например, в статистических данных по транспорту одна строка противоречит другой.

Другой аспект — аэрозоли. Мы достоверно не знаем объемов ни производства, ни импорта. Соответственно, нет даже относительно достоверных данных о том, сколько и чего в Украине «распыляется из флаконов».

Ценнейшие исследования украинских ученых с горем пополам издаются в 100—200 экземплярах. При этом в соседней Молдове тиражи научных трудов — десятки тысяч.

— А сами не способны? Или денег не хватает на эти научные разработки и исследования?

— Еще как способны! Один только Черкасский государственный научно-исследовательский институт технико-экономической информации в химической промышленности провел такие исследования, качество которых поразило даже международных экспертов. Мы даже хотим их рекомендовать от Украины в международную группу экспертов. Отечественные НИИ делают много — в Одессе, Ривном, Киеве, Крыму.

Главная наша цель в связи с исследованием ЕБРР в том, что мы получили веские аргументы, которых до сих пор не имели. Украина согласилась сократить, как вы знаете, выбросы СО2 на 20% — до 2020 года и на 50% — до 2050 года. Но как она это может сделать, по каким технологиям и в каких сегментах, до сих пор не было комплексного исследования. Ни НАНУ, ни отраслевые НИИ таких прогнозов и советов не дают. У нас практически нет основных, базовых показателей экономики. Поэтому ЕБРР заказал за свои средства, а NERA выполнила исследование, чтобы показать инвесторам, при каких условиях и условных сценариях развития инвестиции будут своевременны и возвратны. При различных уровнях инвестиционного риска.

Какую службу может сослужить Украине исследование NARA и ЕБРР?

Эту же тему ZN.UA обсуждало с экспертом по вопросам изменения климата, председателем наблюдательного совета Фонда целевых экологических инвестиций Алексеем ХАБАТЮКОМ.

— Не теряется ли ценность исследования NARA по заказу ЕБРР, поскольку в нем использованы устаревшие базовые данные?

— Сам факт выполнения такой работы важен уже сам по себе. Конкретные цифры и допущения, которые были получены или сделаны в ходе проведения исследования, — это всегда предмет для дискуссии. При условии, что модель прозрачна, большинство дискуссионных вопросов можно снять в ходе проверки модели или путем внесения изменений в исходные данные и допущения.

Важно другое. Представленная модель позволяет масштабно, в числовых показателях оценить потенциал сокращения выбросов парниковых газов от принятия отдельных политических решений, а также потребность в инвестициях и их привлекательность.

— Целевой аудиторией определены не только инвесторы, но и украинское правительство. Что, на ваш взгляд, оно может почерпнуть из представленного исследования?

— Политика, которую нужно оценить, должна быть сформулирована и оформлена в виде коротко-, средне- и долгосрочных концепций, стратегий, а еще лучше — в виде программ и планов реализации. При этом инвесторы должны поверить, что эти программы и планы Украины взвешены, устойчивы, реалистичны, основаны на принципе конкурентности, и есть политическая воля к их реализации. При отсутствии таких действий предложенный ЕБРР инструментарий будет представлять скорее академический интерес.

— Какую судьбу вы прогнозируете результатам этого исследования в Украине?

— Надеюсь, оно станет хорошим заделом на будущее для формирования в Украине четкой и взвешенной климатической политики, которая учтет не только сиюминутные национальные интересы, но и мировые тренды, определяющие экономическую перспективу. Чего бы не хотелось точно, так это того, чтобы презентация исследования стала всего лишь источником хоть и красивых, но вырванных из контекста графиков и цифр для аргументации необоснованных утверждений.

Источник: ZN.UA

Комментариев нет:

Отправить комментарий